Французское завещание андрей макин fb2

Казалось бы, это – романы без всяких интеллектуальных претензий, однако они все-таки «построены». Теперь такого не найдете.Если же говорить о свободе слова, то она все больше замещается политкорректностью. Я думаю, французы изначально очень страдали от этого. Его даже не хотели издавать, мол, что-то тут не то, «русский сует рукопись, написанную на истинном, классическом французском. Не верим, не может такого быть». И только благодаря введению поначалу фиктивного переводчика с русского, издание удалось напечатать. Они боялись разочарования, потому что, как я думаю, слово «роман» вызывает у нас устойчивую ассоциацию с чем-то неестественным, смертельно серьезным и претенциозным. Paris: Mercure de France, 2000. P. 16. 13) См.: Beaumier J.-P. AndreХ Makine: une pОnОtrante harmonie du visible // Nuit blanche. 1996. № 65. P. 43. 14) Makine A. Ivan Bounine et sa grammaire de la beautО // Bounine Ivan. La grammaire de l’amour. Похвалы поклонников тоже не всегда нравятся Андрею. В частности, когда его называют «Прустом русских степей», отмечая его «славянский импрессионизм». «Ну, конечно, – сетовал мне Андрей, – раз русский – значит, водка и балалайка. Пьеса начинается с напоминания о том, что человек в среднем живет двадцать тысяч дней. Она нам очень помогает, и не надо этот опыт сбрасывать. Призванный накануне Второй мировой войны в армию, он стал летчиком. Если макинская Шарлотта-Изергиль и легенда, то легенда, безусловно, красивая. При этом он выдвигает одно условие — ничего не приукрашивать. Как же так, мы всегда жили с полной свободой слова, говорили то, что думаем, а сейчас? Причем совершенно не обязательно, чтобы это был какой-нибудь известный театр. Я был бы счастлив, если бы ее сыграли в каком-то сибирском театре, просто для того, чтобы посмотреть, воздействует ли она на зрителя. Настоящая литература в стране исчезла. Но у меня не было ничего общего с новыми русскими, поэтому я предпочел уехать…» В Париже он оказался на положении бомжа и даже какое-то время жил в склепе на кладбище Пер-Лашез. Эмигрировав из СССР во Францию в 1987-м, тридцатилетний тогда Макин (ударение следует ставить на втором слоге: советского эмигранта можно еще кликать на русский лад — Гонкуровского лауреата негоже) написал дебютный роман. Когда мы за ценностью денег совсем забыли о понятии доброты. Сами французы называют их «пена дней». Эта «пена дней» постоянно трансформируется, и Франция начала третьего тысячелетия вовсе не похожа на ту страну, какой мы ее представляли из французских фильмов нашего детства.

Смотрите также: Шаламов завещание ленина фильм торрент

Стоит только посмотреть в интернете сайты фанов писателя и розыски его книг в рунете. Активно осваивая псевдоавтобиографический жанр, они пытаются вернуться не столько к национальным, сколько к полузабытым, “вытесненным” литературным традициям. Как расплату за свой музыкальный полет Берг получает десять лет лагерей, затем еще один арест и годы тяжелого труда за Полярным кругом. Полицейские и воры, министры и проститутки, мошенники от политики и карманники от юриспруденции, садисты и мазохисты, философы и самоубийцы, императоры и газетчики, особи века сего и веков минувших — что объединило всю эту столь разношерстную команду под одной обложкой? Так же как русская речь, законсервированная в устах эмигрантов, для чувствительного уха часто звучит чище, чем язык современной российской прессы. Однажды мы обедали с одним из членов жюри Гонкуровских премий, который профессионально изучал Бальзака. Однако практически все его 12 книг в той или иной мере связаны с Россией: «Дочь Героя Советского Союза», «Время реки Амур», «Преступление Ольги Арбелиной», «Реквием по Востоку». Его романы переведены более чем на 40 языков, но до сих пор не изданы в России. Надо знать, в какие двери стучаться и настойчиво и терпеливо это делать. Фотографии отождествляются Ходасевичем с “прихотливыми” воспоминаниями, преобразующими прожитую жизнь в мифологизированную, художественную реальность: Воспоминанье прихотливо И непослушливо. Для разнообразия оставим в покое Набокова, который служит для нас «универсальным метром» русского писателя, полностью освоившего чужую культуру и усвоенного ею. Писатель вел нищенский образ жизни, мерз, голодал и ночевал не то на вокзале, не то на кладбище и только после всех этих мучений ему, наконец, повезло. Все, что мне присылается, никуда не годится. С моим переводчиком на английский мы сидим целыми днями, сверяем каждое слово. Sjef Houppermans, Paul J. Smith, Madeleine van Strien-Chardonneau. Прогулки с Буниным Владимир Набоков, автор «Лолиты», написанной, по мнению Макина, не по-русски – Тяжела ли «шапка» гонкуровского лауреата? – Критика бывает такого низкого уровня, что не воспринимаешь ее всерьез. Я достаточно уверен в себе и в ценности того, что пишу и говорю. Если ты говоришь, а тем более пишешь, — значит, тебе необходимо пробиться к чужой душе и сообщить ей нечто важное… Герои французских романов часто бездушны в своем прагматизме, они беспрестанно мечутся в поисках ответа на вопросы: делать ли это, не делать ли того. Макин удостоился единственной публикации в толстом журнале, причем в ужасающем переводе.

Смотрите также: Все о написании завещании

Таких в истории было немного – Набоков, Конрад… Автор «Приглашения на казнь» утверждал, что его голова говорит по-английски, сердце – по-русски, а ухо предпочитает французский… – Я не верю Набокову. Он был величайшим мистификатором. Память рассказчика произвольно высвечивает отдельные эпизоды прошлого и, помещая их рядом, создает последовательность совершенно иную, чем в предполагаемой “действительности”. Хронология уступает место сосуществованию разных временных пластов, подобно разложенным на плоскости фотографиям. Напротив, он выступает в традиционно авторитарной роли, контролируя и корректируя все иные голоса и дискурсы. Или считаете его лишь интеллектуальной игрой слов?– Это довольно известный афоризм. Затем отправился в угол, где у нас хранились инструменты. К электроножу был еще приложен ценник. Так вот, он сказал следующее: «Если бы обо мне написали хотя бы тысячную долю тех гадостей, которые достались Бальзаку, я бы просто сразу повесился». Приведу такой пример: Бальзак частями в газете публиковал один из своих романов.

Смотрите также: Александр старшинов завещание императора скачать бесплатно

Andreï Makine р. 10 сентября 1957, Красноярск) —французский прозаик. Сама жизнь в сказочном сибирском царстве снега и вьюг кажется неподвластной законам повседневного существования. Возможно, ответ на этот запрос — global intelligentsia, которая потеряла национальную принадлежность и даже пятый пункт и существует за пределами Росийской Федерации в гораздо более дистиллированном виде, чем в ее границах. Никому не нужный, он сидел в своей Нормандии, жаловался на огромные долги и страдал от болезней. – Россия стирается из вашей памяти? – Что-то, наоборот, проявляется яснее. Его Россия, как и Франция, преображенные памятью и творческой фантазией в особые миры, становятся своего рода литературными обманками. Сразу за рассказом о низвергнувшемся валуне герой упоминает о том, что ребенку присутствие в их доме огромного камня казалось настолько естественным, что “камень” стал одним из первых выговоренных им слов. Вносит свою лепту в поддержку литераторов и внешнеполитическое ведомство Франции. За минувшие два десятилетия оно пришло на помощь 650 авторам. В рамках программы «Миссия Стендаля» оно выдает сроком на месяц пособие в 4000 евро или 6000 евро — на два месяца. Только что вышла в свет первая пьеса Le monde selon Gabriel («Мир от Гавриила») — фантастическая утопия, в которой человечеством правит некий телевизионный монстр — загадочный Grand Imagier, «великий телекормчий», который манипулирует сознанием миллиардов жителей нашей планеты.

Причин к размыванию этого социального явления, которое долгое время было одним из главных русских брендов не хуже водки и балалайки, — множество. Обычно роман должен выйти месяцев за шесть до ее присуждения, чтобы о нем успели «поговорить». В моем случае этого не случилось, поскольку книга появилась всего за четыре дня до закрытия списков соискателей. В мае 1995 года я принес текст в издательство. Он, кстати, был принят с трудом. Преж-де чем впустить их, я дал им время стряхнуть с себя воду. Это было бы благо и для России, которую во Франции знают плохо. Я не стал бы ее славословить. Таких писателей — творческую элиту — можно сосчитать на пальцах двух рук. Недавно был опубликован новый макинский роман – «Земля и небо Жака Дорма». Он, как и почти все предыдущие, написан на «русско-французскую» тему.

Описанный выше феномен “двойного видения”, когда сквозь патину одной реальности вдруг начинает проступать иная, подобен технике плавной смены кадров. Его героями оказываются князь Владимир Красное Солнышко, Иван Грозный, П.И. Чайковский, большевистские лидеры и другие колоритные исторические лица. Райан Топпс (серьезно покачивая головой): Вот так однажды закончится и жизнь каждого из нас. Француженка сделала бы так же, как и вы, то есть попыталась бы длинные рассуждения свести к короткой формуле.– Раз уж я, по вашему мнению, начала превращаться во француженку, то сразу хочется спросить: а кто такие французы? Особенно эта “обратная непереводимость” сказывается при передаче советских бытовых реалий, для обозначения которых в русском языке существуют совершенно определенные, устоявшиеся выражения. Наконец, литераторы получают небольшое вознаграждение за выступления в учебных заведениях и даже в тюрьмах. Тут важно, что герои «Кофемолки» — потомки эмигрантов, а интеллигент в нашем представлении — это, в числе прочего, тот, кто ощущает свою инакость. В Америке сюжет про интеллигента с восточноевропейскими корнями имеет несколько другое измерение: там все эмигранты. Только благодаря своей бабушке, истинной француженке Шарлотте Норбертовне, покинувшей в свое время французскую родину и оставшейся на всю жизнь в сибирской степи, нам удалось до конца разобраться и в истории автора. Стоит выйти новому роману Мюссо – его тут же видишь в руках у каждого второго в метро и в ресторане. Помогает вспомнить, что в жизни главное и ценное, а что так, шелуха) Оценила книгу на 10Комментариев: 24*.*.130.149 Книга очень понравилась. Жестокая история огромной империи, с ее голодом, революциями, гражданскими войнами, не имела к ней отношения… У нас, русских, выбора не было. Но она? Когда клиенты выставили ее из какой-то богатой литовской квартиры, она кричала обидчикам, что ее сын станет героем, генералом, послом Франции, кавалером ордена Почетного Легиона, писателем не хуже Габриэля Д’Аннунцио! Чтобы просматривать мультимедиа-контент, в вашем браузере должен быть установлен плагин (расширение?) Flash.

Похожие записи:

Comments are closed, but trackbacks and pingbacks are open.